От мировой экономики к национальному хозяйству

 

Имперская МысльВ калейдоскопе развернувшихся событий текущего года, первое, по значению место принадлежит пре­словутому мировому экономическо­му кризису, столь «неожиданно» об­рушившемуся на едва успевшее залечить раны недавней мировой вой­ны человечество.

За первым зловещим предупреж­дением — крахом американской бир­жи осенью 1929-го года, – «несшим полное расстройство в хозяйствен­ную жизнь Америки, последовала быстро растущая дезорганизация германского хозяйства, выразившая­ся в следующем 1930-м году в ката­строфическом росте германской без­работицы, дезорганизации привед­шей к памятному финансовому кри­зису Рейха этого лета, внешнее про­текание которого навеки запечатле­но для будущего историка с траги­комической фигурой, мечущегося на аэроплане по столицам Европы, по­терявшего голову президента Рейхс­банка. Крахи европейских и амери­канских банков, и невиданных доселе размерах, финансовая разруха Англии, приведшая «всемирного бух­галтера» к отказу от золотого стан­дарта, а главное неслыханный рост безработицы почти во всех без исключения странах мира, открыли гла­за последним оптимистам из поро­ды неунывающих гешефтмахеров и неудачливых вершителей судеб че­ловечества последнего десятилетия.

Всплывшая на поверхность взба­ламученного моря послевоенного пе­риода и захватившая бразды прав­ления в большинстве стран демо-капиталистическая «элита» заволнова­лась. Вслед за летающим президен­том Рейхсбанка заметались в поез­дах и на океанских пароходах при­сяжные экономисты, главы госу­дарств, делегации, журналисты, бан­киры, посыпались как из рога изо­билия конференции, резолюции, доклады, экспертизы, проекты, но в прямой пропорции к этой мировой сумятице, сбившихся с панталыку дельцов и экономистов, углубляется и ширится экономическая мировая разруха и грозно растут армии без­работных всех стран, как жертв ка­питалистической анархии, обречен­ных на голод и нищету.

Желая осмыслить происходящее, чтобы поставить правильный диаг­ноз, переживаемой миром болезни, мы должны поставить себе, прежде всего, вопрос: как подойти к анали­зу проблемы, над разрешением которой суетятся и тщетно хлопочут современные опекуны и властители вселенной? К какой категории яв­лений отнести современный мировой кризис, к категории лишь узко ма­териалистического порядка, выходящей из рамок чистой экономики или же необходимо шире поставить вопрос, искать более глубоких при­чин мирового краха.

Ответ даёт нам сама жизнь и опыт истекающего десятилетия, ознаме­нованною достигшим своего апогея расцветом материализма, животно­го эгоизма, нравственного одичания и морального упадка современного цивилизованного общества. «Бели хочешь мира — готовься к войне», «Если хочешь войны — болтай как можно больше о мире», эту пого­ворку можно, перефразируя, приме­нить с успехом и к современной эко­номической разрухе. Ни в одну эпо­ху человеческой истории не склоня­лось так часто и на все лады слово — «экономика», как за истекшее деся­тилетие. «Политика, да подчинится экономике» был и остался модным лозунгом — требованием финанси­стов и плутократов, навязывающих миру свои рецепты «оздоровления» по одному общему бухгалтерскому шаблону, результатом которого и явился грандиозный пассив, распла­чиваться по которому приходится в первую голову трудящимся массам и слабым мира сего.

План Доуса, план Юнга, бесчисленные, до тошноты, осточертевшие всем конференции с неизменными финансовыми экспертами за кули­сами, над всем доминировал, всех направлял, всё вдохновлял дух со­временной «экономики». И вот те­перь, па десятом году благословен­ной эры торжества экономики -двадцать пять миллионов безработ­ных, другими словами шестьдесят-семьдесят миллионов, обречённых на голодное существование людей на земном шаре.

Кризис это или банкротство, ста­вим мы вопрос и отвечаем. БАНКРОТСТВО, и при том банкрот­ство всей современной демо-капиталистической системы.

Современный экономический развал не есть обособленное случай­ное, неожиданное явление, предви­деть которое было не в силах чело­веческих, но есть, наоборот, логи­ческое завершение, зашедшего в ту­пик, материалистического капита­лизма, с его свистопляской лично­го, группового и классового эгоиз­ма, капитализма, только в удушли­вой атмосфере которого мог родить­ся его по внешности антипод, па самом же деле его разновидность - марксизм.

Порочность капитализма, выро­дившегося в финансовую олигархию нашей эпохи, коренится в его антиорганичности, в чем он всецело со­звучен «левой культуре», т.е. со всей совокупностью политических, соци­альных и экономических идей и те­чений, наложивших свою печать на историю Х1Х-го века и на первые три десятилетия ХХ-го, причём со­звучие это, разумеется, не случай­ное. История либерализма и демо­кратии, этих детищ европейских ре­волюций прошлого столетия, с их пресловутыми завоеваниями буржу­азных свобод, связано настолько тес­но и неразрывно с историей и эво­люцией капитализма, что даже ис­торикам старой либеральной школы не удавалось обычно затушевать внутреннюю, причинную связь ме­жду распространенным победным шествием революционных идей и ростом капитализма.

Но понадобился кровавый опыт Российского развала, понадобился десятилетний опыт хозяйничания, дорвавшейся до власти мировой ка­питал-демократии, чтобы оконча­тельно выявилась не только причинная связь, но и общность целей ка­питализма, демократии и марксиз­ма. Капитализм, демократия и мар­ксизм суть ни что иное, как три зве­на одной и той же цепи, связанных настолько тесно и неразрывно друг с другом, что порвись одно звено и распадётся вся цепь.

Только став на эту, ещё недавно казавшуюся парадоксальной точку зрения, принятой, однако, ныне как за своего рода аксиому современны­ми национал-революционными те­чениями (итальянским фашизмом и в ещё большей степени германским национал-социализмом) становятся вполне понятными мировые процес­сы и сдвиги пашей эпохи.

Придя же к этому основному вы­воду, как к исходной точке нашего национал-революционного миросозерцания в отрицательном его аспекте (отрицание - демо-капиталмарксизма, как целостного левокультурного понятия), мы логически при­ходим к необходимости коренной переоценки всех материальных и ду­ховных установок отживающего бур­жуазно-либерального мира, полный разрыв с которым неизбежен преж­де, чем начать строить повое на но­вом фундаменте.

И проблема русского большевиз­ма, внутренний смысл Российской катастрофы лежат всецело в плане этого нашего основного тезиса. Мы видим, как на протяжении 14-ти лет хозяйничания марксистских палачей в России, с каждым годом всё яснее обнаруживались скрытые в начале пружины, двигавшие за кулисами правящей головки СССР. Пятилет­ний план «Социалистического строи­тельства», практическое осуществле­ние которого обезисчивастся сто процентной поддержкой капитали­стического мира, сбрасывает послед­нюю маску с марксистского дейст­ва, разоблачая коммунизм во всей его сугубо капиталистической сущности и пресловутую «генеральную линию» Сталина, как генеральную линию дсмо-капитал-марксизма, т.е. той международной силы, которая с фев­раля 17-го года смотрит на Россию как на свою законную добычу, а на Русский народ, как на безгласную скотину, призванную рабски служить ей.

Быть антикапиталистом не по Марксу, а в подлинном смысле это­го слова, значит, быть национали­стом, ибо современный международ­ный сверх капитализм и националь­ная идея, понятия взаимно друг друга исключающие.

Ни капитализм, ни марксизм, но что же должно прийти на смену отживающим, доказавшим свою несо­стоятельность социально-экономи­ческим формам буржуазно-либе­рального мира? Возврат к органиче­скому построению общества, к вос­становлению суверенитета нации и государства, попранного ныне капи­тал-марксистской олигархией, про­давшейся золотому тельцу, олигар­хией, ставшей государством в госу­дарстве, диктующей всему свою волю и наложившей руку не только на национальные богатства и свобод­ный труд, эту материальную основу человеческой жизни, но и на духов­ные ценности национальных куль­тур, путём планомерного уничтоже­ния их самобытности и утверждения бездушного уни­версализма, не знающего ни рас, пи племён, ни различия кровей, не де­лающего различия между худшими и лучшими, ценным и малоценным и стремящегося, Богу и Природе вопреки, к созданию нормированно­го «международного человека» — тва­ри без роду и племени со штампо­ванной круглой головой.

Национал-революционная идео­логия, противопоставляющая безду­ховному демо-капитал-марксистскому миру динамику и пафос нацио­нальной идеи, вдохновившей уже миллионы молодого поколении ро­ждающейся новой Европы, не даёт ни точных программ, ни детальных схем, ни хитроумных умствований и рассуждений, бьющих на эффект и оригинальность. Наоборот, проста, незамысловата и понятна каждому она, в ком жива ещё мысль и душа и в ком течёт ещё в жилах кровь, а не вода «международного человека»; и в этой простоте, органической све­жести этой идеи, вся сила спаситель­ной реакции в душах молодёжи, не приявшей, насильственно навязы­ваемого ей интернационализма и культа золотого тельца и идущей за новыми вождями, чтобы бороться с ложью и обманом, зашедшего в ту­пик материализма, за правду и со­циальную справедливость.

Но если национал-революцион­ная идеология и не есть программа в узком смысле этого слова. Построенная на иерархии цен­ностей, на утверждении примата ду­ховного начала над материальным, она в этой последней области не блуждает в потёмках без руля и без ветрил. В области экономики, т.е. сфере материальной, цель и путь сё ясно обозначены и поставлены вехи. В отношении закабалённой между­народным капитал-марксизмом Рос­сии цель может быть лишь одна: освобождение от хозяйственного раб­ства и недопущение «опеки» и «по­мощи» международного финансово­го капитала, правящего ныне Рос­сией под красной личиной, но гото­вого отойти на заранее подготовлен­ные позиции на случай падения красной сатрапии, чтобы начать на Российское достояние атаки с зад­него хода под маской «свободолю­бивой демократии», либерального «индивидуализма», под лозунгом «неограниченной хозяйственной свободы», при которой международ­ным хищникам будет дана свобода бесконтрольного хозяйничания в обезоруженной и обезкровленной капитал-марксизмом России.

Решительно отвергая теорию и практику бездушно-машинного кол­лективизма марксистской окраски и всемерно утверждая принцип част­ной собственности и личного хозяй­ствования, Имперцы не мыслят роли будущей национальной государст­венной власти и россии иначе, как в защите, всеми имеющими средства­ми (государственным законодатель­ством в первую голову), народного достояния Российской Империи, как самодовлеющего хозяйственного организма, построенного на прин­ципе хозяйственной автаркии.

Плановое производство, как единственно действительная мера, долженствующая покончить с про­изводственной анархией, присущей буржуазно-капиталистической сис­теме, с сё вечными «закономерны­ми» кризисами и сопутствующими им бедствиями и лишениями мил­лионов трудящихся, сумеет сочетать в разумной гармонии, частно-право­вой принцип личного владения и личной инициативы с нуждами, по­требностями и интересами целого, т.е. нации и государства.

В отличие от демо-капиталистической системы, приносящей всё и даже самую душу человека в жертву современному молоху - экономике, система национально-хозяйственно­го сотрудничества, идущая ей на смену, заставит экономику служить нации, сделав сё функцией нацио­нальной жизни, а не самоцелью.

Социальная экономика, таков на­ционал-революционный лозунг мо­лодого поколения политиков, отре­шившихся от доказавших свою не­состоятельность хозяйственных и политических форм старого демокра­тического мира.

Новым духом, духом социальной справедливости проникнута и наша идеология Имперцев. «Российских богатств, добытых кровью и потом поколений русских воинов и тружеников — должно хва­тить всем Россиянам и пользовать­ся ими должны одинаково все чле­ны трудящихся продуктивных кор­пораций, среди которых не должно быть ни обиженных, ни обездолен­ных», «паразитам же в России не место»,— так говорится в наших за­ветах.

Но не брюха, не стяжания ради, не во имя материальных благ будем мы жить и бороться за НАШУ РОССИЮ, памятуя, что дух выше мате­рии, и потому на наших имперских знамёнах никогда не будет стоять дорогой старому буржуазно-либе­ральному миру лозунг «обогащайся», но будет на них начертано: СЛУЖИ.

 

А. Дуров

(«Имперская Мысль», Париж, 1932 год)

  • Использование материалов допускается при обязательном указании источника.
  • © «Имперское Слово», 2015.